पृष्ठ 5 / 75

Сколько ни переменялось директоров и всяких начальников, его

видели всё на одном и том же месте, в том же положении, в той же

самой должности, тем же чиновником для письма; так что потом

уверились, что он, видно, так и родился на свет уже совершенно

готовым, в вицмундире и с лысиной на голове. В департаменте не

оказывалось к нему никакого уважения. Сторожа́ не только не

вставали с мест, когда он проходил, но даже не глядели на него,

как будто бы через приемную пролетела простая муха. Начальники

поступали с ним как-то холодно-деспотически. Какой-нибудь

помощник столоначальника прямо совал ему под нос бумаги, не

сказав даже: "перепишите", или: "вот интересное, хорошенькое

дельце", или что-нибудь приятное, как употребляется в

благовоспитанных службах. И он брал, посмотрев только на бумагу,

не глядя кто ему подложил и имел ли на то право. Он брал, и тут

же пристраивался писать ее.