第26页 / 共75页

А вот я лучше приду к нему в воскресный день утром: он после

канунешной субботы будет косить глазом и заспавшись, так ему

нужно будет опохмелиться, а жена денег не даст, а в это время я

ему гривенничек и того, в руку, он и будет сговорчивее и шинель

тогда и того..." Так рассудил сам с собою Акакий Акакиевич,

ободрил себя и дождался первого воскресенья, и увидев издали, что

жена Петровича куда-то выходила из дому, он прямо к нему.

Петрович точно после субботы сильно косил глазом, голову держал к

полу и был совсем заспавшись; но при всем том, как только узнал,

в чем дело, точно как будто его чорт толкнул. "Нельзя", сказал:

"извольте заказать новую." Акакий Акакиевич тут-то и всунул ему

гривенничек. "Благодарствую, судырь, подкреплюсь маленечко за

ваше здоровье", сказал Петрович: "а уж об шинели не извольте

беспокоиться: она ни на какую годность не годится. Новую шинель

уж я вам сошью на славу, уж на этом постоим."