第42页 / 共75页

Акакия Акакиевича заставили выпить два бокала, после которых он

почувствовал, что в комнате сделалось веселее, однакож никак не

мог позабыть, что уже двенадцать часов и что давно пора домой.

Чтобы как-нибудь не вздумал удерживать хозяин, он вышел

потихоньку из комнаты, отыскал в передней шинель, которую не без

сожаления увидел лежавшею на полу, стряхнул ее, снял с нее всякую

пушинку, надел на плеча и опустился по лестнице на улицу. На

улице всё еще было светло. Кое-какие мелочные лавчонки, эти

бессменные клубы дворовых и всяких людей, были отперты, другие

же, которые были заперты, показывали однакож длинную струю света

во всю дверную щель, означавшую, что они не лишены еще общества

и, вероятно, дворовые служанки или слуги еще доканчивают свои

толки и разговоры, повергая своих господ в совершенное недоумение

насчет своего местопребывания.