Page 22 of 75

"Пусть ползет, а ты тотчас заплаточку."

"Да заплаточки не на чем положить, укрепиться ей не́ за что,

подержка больно велика. Только слава что сукно, а подуй ветер,

так разлетится."

"Ну да уж прикрепи. Как же этак право того!.."

"Нет", сказал Петрович решительно: "ничего нельзя сделать. Дело

совсем плохое. Уж вы лучше, как придет зимнее холодное время,

наделайте из нее себе онучек, потому что чулок не греет. Это

немцы выдумали, чтобы побольше себе денег забирать (Петрович

любил при случае кольнуть немцев); а шинель уж видно вам придется

новую делать."

При слове "новую" у Акакия Акакиевича затуманило в глазах, и всё,

что̀ ни было в комнате, так и пошло пред ним путаться. Он видел

ясно одного только генерала с заклеенным бумажкой лицом,

находившегося на крышке Петровичевой табакерки. "Как же новую?"

сказал он, всё еще как будто находясь во сне: "ведь у меня и

денег на это нет."

"Да, новую", сказал с варварским спокойствием Петрович.

"Ну, а если бы пришлось новую, как бы она того..."